June 7th, 2011

Жестокий мир собак

Вечно я вляпаюсь, беда прям со мной.

Во вторник ничего не предвещало приключений: вернулась с работы в полседьмого, самочувствие прекрасное, погода тоже, во дворе соседи массово вывалились на прогулку – и я тоже с собачкою, сидим на скамеечках, болтаем. Мой пёс разыгрался с черной таксой, исключительно игривой и дружелюбной. Я эту таксу первый раз видела, всё выглядывала, где ж её хозяева, но не определила. Но ведь на моего престарелого пса где сядешь – там уж и вокзал, поэтому он бросил нового друга, забрался мне на руки и стал проситься домой.

Отнесла своего старикашку домой, принялась огородик свой поливать около дома – гляжу, такса всё ещё носится по двору, вся в счастье. Вроде, уже и народу во дворе не осталось – потеряшка, наверное.

Вернулась домой, приняла душ, высохла, села за шитьё, и слышу: во дворе собачьи вопли, лай, визг, выглядываю в окно – таксу давешнюю собаки рвут. Я выскочила во двор, разоралась, собак уже пошугали – бедный ободранный таксик хромает, весь в пене. Жалко же мелкого! Позвала с собой домой – он пошел.

Пёс оказался домашний и сговорчивый: спокойно позволил себя сунуть в ванную и намыть, пережил процедуру промывки глаз лекарством и чистку ушей. Причем по мере чистки ушей даже усовершенствовал процесс: лег на пол, задрав уши, – чисти, мол, лежа! Вел себя прилично, соблюдал команды «нельзя» и «место» - послушный и робкий пёсик. Такое впечатление, что он всё время застенчиво краснел. Когда он высох, оказалось – сверкающий пёс, блестит, как масляный. Дочки дома не было, я за ней ездила забирать с гулянки аж в час ночи – но заявившись домой в подпитии Дуся одобрила собачку. Нормально.



Я разместила объявление на «Потеряшке», расклеила по району листовки.

А на следующий день начались проблемы. Псы стали биться за звание альфа-самца и маминого любимчика всеми доступными способами. Они воровали друг у друга еду, что было комично, потому что такса ещё могла в шутку засосать корм для мелких беззубых собачек, но корм для молодых такс никак не поддавался голым деснам двенадцатилетнего той-терьера – но он давился и сосал твёрдые шарики. Они бились за место на моих ногах и под стулом, на прогулке они писали друг другу на головы, одновременно пытались тянуть меня в разные стороны, в том числе и зубами за одежду. Новый пёсик старался умилить меня всякими цирковыми штуками, которым, как оказалось, он обучен. Моему простоватому тою ничего не оставалось, как изображать сердечный приступ: он начинал часто дышать и падал на бок. Случайно сталкиваясь псы начинали рычать и пытались сцепиться в драке – и понятно, что у моего старичка шансов тут не было. Уходя на работу приходилось запирать их отдельно.

В четверг Дуня позвонила мне на работу с воплями, что она больше не хочет терпеть истерические приступы своего старого пса, который от ревности весь день кусает её за голые ноги оставшимися четырьмя зубами и яростно рычит и лает.
Дальнейшее промедление грозило преждевременной мучительной гибелью моему старому тойчику, что было несправедливо и жестоко, однако хозяева таксы всё как-то не находились.

В пятницу я взяла таксу на поводок и пошла искать хозяев. Должны ж мы встретить хоть одного знакомого собачника! И, наконец, о чудо! – такса заскулила и бросилась к собачке….ну, надо сказать «к собачке, выгуливавшей старушку». Старушка опознала в таксе соседского питомца и показала пальцем на окно, в которое надо стучать.
Я постучала.
Занавески зашевелились, кто-то выглянул – и на улицу, пошатываясь, выбежала нетрезвая дама со словами: «О, наш Лордик нашелся!» Вслед за дамой показался мужчина аналогичного состояния и орава детей всех возрастов: «О, спасибо, наш Лордик нашелся!» Таксика взяли на руки, я отцепила от него свой ошейник и поводок, намереваясь убежать домой, не скрывая восторга избавления – и тут Лордик взвыл, дёрнулся, соскочил с хозяйских рук и быстрее пули скрылся в неизвестном направлении. Многодетное семейство воззрилось на меня: «Вот, и так он всегда убегает…»

И я Лордика вполне понимаю, умный пёс.

Возвращалась домой с тоскливым подозрением, что найду «потеряшку» у своего дома – но не нашла и обрадовалась, хоть мне и было немного стыдно за своё бездушие.

С дуру рассказала дочке всю правду, за что выслушала вопли, хлопанье дверей и швыряние предметов: «Да как ты могла отдать собачку в семью пьяниц!!! А как же ювенальная юстиция!!! И где он теперь бегает, бедненький, голодный и беззащитный!!!! Только ты способна на такое зверство! Милый, милый Лордик!» Однако искать его по дворам не пошла, ограничившись строгим выговором с занесением в список моих особых пороков.

И я больше Лордика не видела. И не знаю, как я поступлю, если вдруг его встречу.

Своего родного старого тоя я люблю и жалею всё-таки больше.