August 16th, 2011

2021

Про мусор

Между событиями нет связи – но иногда она мерещится, и в воспоминаниях судьбы друзей кажутся испещренными линиями причинно-следственных связей. Мы наивно полагаем, что это фотографии постарели, потёрлись и поцарапались – а это судьбы вырисовались. И этими линиями, как оконной бумагой, удерживаются осколки памяти. Но это только картинки, только картинки…

Я тут приняла участие в акции «блоггеры против мусора», почистила Борок около бабулиной деревни. В огромную яму я стаскала огромную же кучу дряни: бутылок, банок, бумаги, запчастей от машин, старых тряпок, обломков мебели….Яму, конечно, прикрыла, чтоб не было соблазна там устроить полулегальную помойку. Долго таскала, территория немаленькая - замаялась и обозлилась. Место прекрасное, а устроили гадюшник: ну, что в голове у любителей шашлыка вместо мозгов? Ведь грязь, брошенная тобой на чужом пороге, вернётся в твой дом многократно – это должно же быть понятно человеку? Что ж руководит их рукой? Откуда эта безбашенная смелость плевать в свой колодец?

И мне вспомнился приятель юности Витька, красивый парень из хорошей состоятельной семьи, очень он мне нравился, и что-то такое электрическое было между нами, но он был другом детства моего мужа, а это святое. Как-то, помню, сидим на кухне, а Витька в открытое окно выбрасывает какие-то объедки. Я негодую, мол, что за беспредел? Витька же, молча глядя мне в глаза, с лицом провокатора, собирает со стола пустую тару из-под спиртного и широким замахом выбрасывает так же в окно. Девятый этаж, кстати, внизу улица. Я немею в шоке. Ну, мы ж молодые ниспровергатели традиций, перстройка-Америка, судьба трусливых совков не для нас…

Вскоре после этого Витька женился по залёту, ждал сына с крепким удовольствием. Конечно, мы тогда ни сколько не знали и не думали о проверке генетики, или о пренатальной диагностике – жили, как Бог на душу положит. Ребёнок у Витьки родился безвозвратно больной в следствие генетической несовместимости родителей, редкий случай, шансов у потомства нет вообще. Ребёнок должен был умереть в первые полгода, в любой день. Малыш протянул полтора года. Каждый день родители боялись, что он умрёт, боялись возвращаться домой, просыпаться утром – мальчишка был весёлый и его любили. Ему покупали игрушки, и он им радовался и хохотал, как в рекламе детского питания. Я до смерти не забуду Витькиного лица, когда он об этом рассказывал: индейских вождей такими ваяют.

Полтора года пытки подкосили его, он стал пить, да и жена его тоже. После смерти сына они развелись и запили по черному, но жена как-то выкарабкалась, вышла замуж, родила дочь – а Витька от этого ещё больше с ума сошел. Чуть не замерз пьяным как-то зимой в сугробе, еле поправился, пытался выкарабкиваться из депрессии, почти перестал пить, устроился на хорошую работу, но сил уже не было и в 37 лет он умер в Боткинской больнице, единственный сын у своих родителей.

Мне очень его жаль, его крест оказался ему не под силу, больно уж тяжкий крест.

Чем радужнее ожидания, тем сильнее бъёт нежданная реальность.

В памяти Витька у меня стоит двумя картинами: назло бросающий бутылки на прохожих и с черным лицом рассказывающий, какой у него умирающий сын весельчак.

Связи нет, конечно. Но она есть, разумеется. И уж точно, последствия всегда весомее причины.