4250 (4250) wrote,
4250
4250

Categories:

неодолимая жажда

Прочитала тут заметку, что Саманта Фокс как-то усыновила ребёнка, но мальчик умер, по ошибке выпив целую бутылку спиртного. Ну, и конечно, народ давай возмущаться: да как это так, да не может ребёнок эдакую гадость враз выпить, ну, и всё такое, мол, куда суд смотрит, как оправдывает таких мамок.

И тут в субботу, во время семейного ужина у бабушки, заходит разговор про семейные застольные легенды и припомнил дядька Юра смешное: «Так-а помнишь, тёть Лёль, как Ирка-то пьяная под столом валялась?» - и бабуля всплескивает руками и смеётся: «Да-да, всё под столом сначала сидела, потом напилась и заснула там же под столом.»

Я сижу, слушаю, обалдеваю. Ну, перво-наперво, никого из наших не припомню валяющимся пьяным под столом, или хоть где-то валяющимся.
Нет, ну, дядя Миша однажды в 1986 как-то на коллективный день рождения незаметно и уютно напился в зюзю, лёг на диван, задрал ноги, будто педали крутит, и запел песню из репертуара Пугачёвой. Утихомирить певца было невозможно, его оставили в покое, и так он и пел, лёжа и блаженно улыбаясь. Кстати, больше никогда мне не доводилось наблюдать человека в состоянии столь полного, счастливого и гармонического опьянения.

А тут тётя Ира – она ж не пьёт. Ну, тоесть, может рюмочку в праздничное застолье, но очень скромненько. Да и вообще, она у нас вся такая рафинированная и немного задавака: у неё папа еврей, из тех милейших, тишайших, добрейших питерских квалифицированных рабочих, которые свято поддерживали высокий образовательный и материальный уровень в семье, а мама наша деревенская, уж такая вся аккуратница и хозяйка.
Ну, вот – и вдруг я слышу, что в её биографии были такие позорные моменты! Расспрашиваю.

Узнаю.

Дело было в 1946 году, в деревне, на Воскресенское.

Общедеревенское застолье, везде шныряют дети, мелкота всё время пробегает под праздничным столом. Ирочке четыре годика, она тихо сидит под столом и внимательно следит за взрослыми. Потом, улучив момент, выскакивает, хватает дяди Димину стопку с водкой, залпом выпивает и снова прячется под стол. Дядя Дима задумчиво смотрит под стол, а Ирочка сияющими глазками – на вновь наполненную стопку. Дядя Дима год, как с войны, он знает, что бывают моменты, когда любому человеку сильно нужно выпить. Спрашивает: «Ирка, у тебя где-нибудь болит?» Не, не болит. «Да ведь противная же водка-то, горькая!» Не, не горькая, а очень-очень вкусная, слаще сахару. Чёрт-те что. Ну, дядя Дима крестьянин, он же понимает: «А что, Ирка, ещё хочешь?» Ой, как хочет, просто очень хочет. «Ну, бери, только тихонечко.» Вот пьяный же дурень, Царство ему Небесное, лёгкое лежание, золотой был человек. Ирочка выпивает ещё стопочку, а стопочка-то 90 грамм. Это безобразие замечают другие, и ну ругаться, мол, что это младенца травить, с ума, никак, мужик посошёл! И давай Ирку хватать, тормошить и от стола оттаскивать. А девочка-то плачет-заливается, в руках бьётся, кричит, чтоб ей сей же час дали водочки, что водочка такая вкусная и пить хочется – спасу нет. Семья в шоке. Увели Ирочку спать. Но хитрый ребёнок снова сбежал и залез под стол, где и выдул остатки из украденной бутылки, а потом сладко заснул там же на полу. Ребёнок спал, счастливо улыбаясь, щечки алели, на носу проступил пот, изо рта стекала сладкая слюнка.

И вот некоторое время, с полгода, Ирка всё пыталась водку воровать. Уж так она её просила, так исхитрялась. А потом жажда эта прошла навсегда. «Это, видать, ей что-то в организме не хватало, такое бывает. Ну, что поделаешь – блокадный ребёнок.» - подвела итог моя бабушка, мягко разделив воздух ребром ладони.

По наследству эта странность никому не передалась.

Ой, вру.

Сестрицу мою младшую примерно в том же возрасте обуяла страсть к поваренной соли. Бывало, схватит на кухне двухсотграммовую солонку – и бежать со всех ног в огород, лопать соль, пока не отобрали. Так и стоит перед глазами бытовая сценка: бежит по огороду сестрица в беленькой панамке, прижимает к пузу солонку и ревёт, а сзади бежит бабушка и кричит: «Отравишься, верни солонку, я тебе целую ложку съесть дам!»
Я уж и не говорю о себе, объевшей в детстве угол у печки и слопавшей весь портняжный мел в доме. Помню, как жадно пожирала, давясь от нетерпения, зубной порошок из картонной коробочки. Да что там: до сих пор я не могу спокойно глядеть на мел, а чистя зубы порошком я нет-нет – да и проглочу вожделенного карбоната кальция.

Вот так вот.
Tags: про семью
Subscribe

  • Шутки шутками

    А я начала присматривать себе новую машинку. Старой ещё полтора года, а у меня уже шило в попе. Заработала случайно на крипте - и давай выдумывать.…

  • Надо бы написать...

    Много говорили о том, что война всё спишет, что "у кого не было своего капитана"... Но это неправда. Ничего никому война не списала, и редко кто был…

  • Стены

    Начну думать о своей жизни - не вижу в ней никаких проблем. Ну, всё хорошо, все по желанию, нет никакой необходимости искать помощи. Всё умею, всё…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments