4250 (4250) wrote,
4250
4250

Categories:

День тяжелый


У нас подругами сформировалась когда-то в далёкие годы юности традиция встречаться по четвергам в какой-нибудь бюджетной забегаловке, чтобы недорого покушать, выпить пива и, главное, шумно и жизнерадостно пообщаться. С каждым годом это случается всё реже, вплоть до того, что в этом году нам всего лишь второй раз удалось согласовать график для «четвергового девичника» на 8 мая. И осталось нас «на ходу» мало – всего канонически трое.

Поэтому четверга я ждала с подростковым трепетом, почему-то волновалась, и мне страстно хотелось наконец-то увидеть вживую дорогих подруг и запастись их моральной поддержкой на месяцы вперёд.

Еле дождалась конца рабочего дня, оставила машину на парковке и, забирая из багажника зонтик, внезапно подумала, что надо бы ещё и влажные салфетки прихватить. Эта мысль меня озадачила – зачем же салфетки? В процессе внутреннего диалога я убедила себя, что в кафе не нужны салфетки для уборки салона автомобиля, потому как там есть умывальники и клининговый персонал. Захлопнув багажник и включив сигнализацию, я пошла к метро. Эх, надо было послушаться внутреннего голоса – он просто так не включается……

Встретившись у кафе «Ирбис» на Зверинской мы обрадовано расцеловались, вошли внутрь и узнали, что на сегодня вся курятина в кафе закончилась. Упс. Пошли в соседнюю «Чебуречную» - а она работала только до 20.00. Этого времени нам было мало и мы решили пойти в столовую грузинской кухни. Но новые цены на хачапури нас ошеломили и почти испортили настроение. Пришлось искать другое место – и так мы добрались до Невского, где зашли к бравому кентуккийскому полковнику – и он нас принял. Ура! Курятина и пиво не подорожали, а лимонад раздавался в автомате свободного доступа!

Конечно, какая-то нервность в нас уже возникла из-за долгих поисков. Подойдя к кассе,  я увидела ухажера своей дочери в обнимку с неизвестной мне девицей в мини-юбке и леопардовых туфлях на здоровенных каблуках! Я, конечно, женщина не вовсе интеллигентная, а тут ещё и перевозбуждённая, поэтому я сказала: «Здравствуй, Коля!» и сфотографировала парочку на мобильник. Они не отреагировали никак, а мы с подружками накупили еды и питья, сели в уголок, забыли обо всём и погрузились в сладостный мир душевных излияний под пивко.

Три часа пролетели, как пуховая подушка через спальню мальчиков. Мы, наконец, разошлись, - после нежных поцелуев и уверений встретиться снова как можно скорее. Я вошла  в метро в состоянии нетрезвой романтичности, я была счастлива.

Спускаясь по гранитной лестнице к станции «Спасская» я увидела внизу дерущихся мальчишек. Ну, лет по 17-20. Вся куча состояла из четырёх человек совершенной славянской внешности, и бой был нешуточный – весь пол станции был залит кровью. Дальше события происходили, как в замедленной сьёмке. Я спускалась к ним и видела, что двое – в чёрной заведомо немаркой одежде и кожаной обуви с острыми носами  дерутся со знанием дела и очень резко, злобно, причиняя противнику максимальные травмы. Двое других в мягких замшевых туфлях, по виду студенты, совершенно непрофессионально, но с полной самоотдачей пытаются отбиться, извиваясь на полу. Женщины кричат милицию, мужчины слабо  пытаются растащить, а какой-то проходящий старичок сторожит брошенные кожаные портфели и куртки. Моё сердце не вынесло такого кошмара и я влилась в драку, ловко наступив каблуком на щиколотку бойца, а в это время какой-то парень ухватил злодея за шкирку, вынул из драки, тут кто-то завизжал – и бойцы быстро убежали наверх, на Садовую. Окровавленные студенты поднялись с пола и отбежали в угловую нишу, где, крупно дрожа от адреналина, оттирали кровь о гранитную облицовку. Народ тут же стал подносить им газетка «Метро», чтобы как-то утереться. У мальчишек были рассечены брови, сломаны носы, частично выбиты зубы, а у одного лицо было почему-то сиреневое. А вся драка-то продолжалась не больше трёх минут. Мы спрашивали, кто это был – воры, разводилово – или что? «Да просто какие-то выебки!» «А, понятно…»

Тут-то я и вспомнила, что внутренний голос велел мне взять салфетки. Но я не послушалась – и теперь стояла в метро, далеко от дома, с окровавленными детьми и сама вся в крови  - с блондинистой головы до ног в лаковых немецких лодочках. Парни более-менее привели себя в порядок, один был мало побит, только один зуб и синяк под глазом. Может, конечно, их надо было отвезти домой, но этого я не потянула.

Так и ехала от «Спасской» до «Дыбенко» – вся в кровавых брызгах. Но никто ко мне с вопросами не приставал.

Ехала я и думала о тяжелом. Как-то душа во мне раздвоилась,  и я воспринимала всех четверых мальчишек, как своих детей. О бойцах я думала: как же так перед Богом я согрешила, что у меня такие жестокие злые дети?  Что ж я не сказала им, не показала, не научила? И какие мои поступки показали им, что можно быть убийцами? Ведь любой удар может быть смертельным, любая рана, хоть и затягивается, но полностью не зарастает, ни один зуб снова не вырастет – это травмы на всю жизнь! Несколько лет назад я видела из окна, что подростки во дворе пинают ногами большого плюшевого медведя. Медведь порвался, из него летела вата, а подростки, войдя в раж, нервно хохотали и усердно «добивали» медведя. Зрелище было ужасным, но я не вышла во двор во внутреннем холодном отупении, хотя надо было выхватить медведя, орать, визжать о том, что медведь этот создан для любви и нежности, и бить его ногами то же самое, что бить человека, который тоже создан для любви, счастья и нежности. Я этого не сделала – и сегодня мне отдали долг.

А про студентов я думала, что им теперь надо лечиться, надставлять зубы, да как там почки, да что с головой, а на носу сессия. И о том, что обязательно нужно учиться защищать себя, и очень тщательно. И что без электрошокера и баллончика с перцем уже и ходить нельзя. И что я не научила их быть внимательными, осторожными и готовыми к неожиданностям. И что это тяжёлый, но в чем-то полезный урок навсегда, помогающий приспособиться к жизни в самоуправляемой стране, потому что на помощь милиции и суда в большинстве случаев рассчитывать не приходится.

Мы рожаем и нянчим детей не для того, чтобы они подвергались жестокому насилию, и не для того, чтобы они могли себе позволить жестокость по отношению к другому – мы лелеем их для счастья и нежности. Но их жизнь не такова – почему же? Что же делать?

Меня почему-то визуально поразило, что у всех участников драки из-под разорванной одежды виднелись православные кресты. Поразило. И я думала о том, что все мы – члены одного общества – суть одно тело. И все преступления – вина каждого, как и все победы – тоже заслуга каждого. Терзая чужое тело, проклиная чужое имя – мы терзаем и проклинаем самих себя. Коллективная сопричастность ко всем событиям жизни без исключения – неумолимый закон физики. Смирять себя, думать, думать, заставлять себя думать головой, не глушить голос сердца, никогда не забывать об ответственности каждого за всех! Любить, беречь, уважать! Найдутся другие сатанинские орды,  жаждущие нашей гибели, и только взаимное уважение, бережность, сочувствие, поддержка спасут нас от неминуемой в междоусобице гибели.

Я шла пешком от метро полчаса, и очень горячо молилась на народ, страну, детей, стариков, мужчин и женщин. Я не понимала, почему бесконечная цепь страданий прерывается только смертью. Хорошая «умная» молитва была у меня.

Пришла домой, дверь открыла дочка, собака бросилась ко мне с радостным визгом, обнюхала – и потеряла дар лая, ушла в уголок. Дочка спрашивает:

-Где ж это ты была????

Переход из горнего мира был слишком внезапен и я ляпнула:

- Дусь,  я в кафе встретила твоего Коленьку, он обнимался там с другой девочкой, вот их фотографии. - Я протянула дочери телефон окровавленной рукой.

Она взяла его и, чувствую, что-то не так: ребёнок побледнел, челюсть у неё отвисла, а глаза почти вывалились на пол-лица. Потом бледными губами Дуня спросила:

- Это ты его так до крови побила за измену?

Смеялись мы до двух часов ночи.

P.S.: Утром Коля прислал Дуняше смс-ку со словами: «Соскучился, хочу встретиться. Пойдём в кафе?»

Tags: про детей
Subscribe

  • Так, освежить в памяти

    С Серёгой я познакомилась, когда мне было 27 лет, на работе. Серёге было, соответственно, 22 года. В нашем банке он был завхозом: правильным,…

  • Шутки шутками

    А я начала присматривать себе новую машинку. Старой ещё полтора года, а у меня уже шило в попе. Заработала случайно на крипте - и давай выдумывать.…

  • жестокость

    Когда я в этом году заехала в гости на дачу к сестре, мы долго болтали в саду под яблоней. Яблоня старая, прабабушкина, называется "конфетная".…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments

  • Так, освежить в памяти

    С Серёгой я познакомилась, когда мне было 27 лет, на работе. Серёге было, соответственно, 22 года. В нашем банке он был завхозом: правильным,…

  • Шутки шутками

    А я начала присматривать себе новую машинку. Старой ещё полтора года, а у меня уже шило в попе. Заработала случайно на крипте - и давай выдумывать.…

  • жестокость

    Когда я в этом году заехала в гости на дачу к сестре, мы долго болтали в саду под яблоней. Яблоня старая, прабабушкина, называется "конфетная".…